Индекс страха в криптовалютах упал до 10 из-за проблем в Ормузском проливе

На этой неделе Индекс страха и жадности в криптовалютах упал с 12 до 10 из-за обострения геополитической напряжённости на Ближнем Востоке. Снижение началось после того, как Иран провёл военные учения, из-за которых был временно перекрыт Ормузский пролив.

Дело в том, что этот пролив является важнейшим маршрутом для транспортировки нефти по всему миру — через него проходит около 31% всей сырой нефти, перевозимой по океанам. Сбои на этом маршруте обычно приводят к росту цен на нефть и увеличению стоимости энергоресурсов во всём мире.

По мнению рыночных аналитиков, рост цен на энергоносители может повлиять на добычу биткоина, вынудив некоторых майнеров сократить объёмы генерации или продать криптовалюту, чтобы покрыть операционные расходы. Получается, что геополитические события влияют на стоимость криптовалют и ликвидность рынка.

Ситуация может улучшиться, если во время переговоров между Ираном и США, которые пройдут на этой неделе в Женеве, будут приняты позитивные решения.

Пока объёмы торгов криптовалютами остаются низкими, поскольку инвесторы ожидают публикации ключевых экономических данных по США.

http://happycoin.club/indeks-straha-v-kriptovalyutah-upal-do-10-iz-za-problem-v-ormuzskom-prolive/

Explore More

Google выпустила приложение для Windows — с поиском по файлам на ПК и в Сети

Это похоже на Spotlight в Mac, но круче. Google тестирует поисковое приложения для Windows, которое объединяет локальный и облачный поиск с возможностями искусственного интеллекта. Оно позволяет искать информацию на компьютере,

Селедка не дружит с шампанским: какие сочетания еды лучше не пробовать за новогодним столом

Фото: 123RF/legion-media.ru После обильных застолий живот часто не спокойный: вздутие, метеоризм, тяжесть и т.д. Но некоторые сочетания продуктов могут вызвать настоящий ураган в животе. Например, главный салат новогоднего стола Селедка

Россия – рыбная душа!

Что ни говори, а рыбку в нашей стране всегда любили. Благо и было её много. Даже в царской России, более 100 лет назад, её добывали в среднем около миллиона тонн